В печатном виде еще не дошло. Но можно почитать на сайте журнала.
Только выдержки:
Одной из самых любимых сказок в компании и по сей день остается история названия. Официальная версия происхождения такова. Среди пользователей операционной системы Unix, в которой работали тогда многие профессиональные программисты, была популярна традиция называть продукты «yet another» и далее какое-то слово, характеризующее [...]
В печатном виде еще не дошло. Но можно почитать на сайте журнала.
Только выдержки:
Одной из самых любимых сказок в компании и по сей день остается история названия. Официальная версия происхождения такова. Среди пользователей операционной системы Unix, в которой работали тогда многие профессиональные программисты, была популярна традиция называть продукты «yet another» и далее какое-то слово, характеризующее программу. Согласно официальной легенде, Илья Сегалович придумал название Yet Another Index, сокращенно Yandex, а Волож, желая подчеркнуть русскость новой программы, предложил поставить в начале русскую букву «Я» — так и родился Яndex. Одну из забавных баек на эту же тему предложили пользователи. «Однажды нам пришло такое письмо, — рассказывает Волож. — Как же вы здорово придумали с этими своими инь и ян. Ведь “иньдекс” — это же женское что-то такое, а “Яньдекс” — это такое сильное, мужское, то есть индекс, но с яйцами!».
1999 год был самым подходящим временем для поиска. В мире раскручивалась фондовая лихорадка высокотехнологичных компаний, инвесторы во всем мире как ненормальные бросились вкладывать в интернет-фирмы, сканируя все возможное пространство, в том числе и российский рынок, находившийся в зачаточном состоянии. И хотя в 1999 году российский интернет был микроскопическим (по данным Rambler, насчитывалось 2,2 млн пользователей, а объем рынка интернет-рекламы не превышал 2 млн), деньги в интернет-компании вкладывались немалые, и многие не устояли перед соблазнами.
Поисковик «Апорт» с двумя другими популярными порталами @Rus и Omen.Ru был куплен за 25 млн долларов ведущим российским альтернативным оператором связи Golden Telecom. (Правда, по итогам 2001 года Golden Telecom произвел переоценку собственного интернет-бизнеса, оценив все купленные интернет-активы всего в 1 млн долларов.)
Только Волож не хотел продаваться полностью. У него было два ключевых требования к потенциальному партнеру: сохранить контроль над компанией за собой и выручить побольше денег за миноритарный пакет.
На тот момент годовой доход «Яндекса» составлял порядка 70 тыс. (!) долларов. Большую их часть компании приносили продажи поискового движка, оформленного в программу. Однако ведущие игроки Рунета уже начинали торговать рекламой на своих сайтах, тем же занялся и «Яндекс». Бизнес-модель только-только начинала вырисовываться, и казалось, что она будет единой для всех игроков рынка. Значительные фиксированные затраты на разработки и техническую инфраструктуру, небольшие переменные — на оплату труда программистов — и «продажа» посетителей портала крупным рекламодателям. В Baring понимали, что бизнес-модель интернета только складывается, а значит, рекламный бизнес в Сети в ближайшие годы начнет бурно расти. При этом фонд не считал необходимым требовать контрольный пакет или вмешиваться в тактическое управление компанией. В общем, они друг другу подошли. В 2000 году сделка была оформлена официально. 35,7% в компании обошлись BVCP примерно в 5 млн долларов.
В 2000 году, когда компания была еще совсем маленькой — около 70 человек, этим воздухом — свободы, творчества и бесконечных поисков себя — изо дня в день дышала вся команда. Но самое главное, чем были заряжены решительно все, — стремление к победе.
Ресурс роста «Яндекса» как семьи был исчерпан к 2004 году. «Мы поняли, что в таком режиме, делая все по-старому, мы уже не можем расти дальше и при этом сохранять управляемость. И тогда началась большая перестройка. Появились люди, которых не знаешь в лицо, мы начали делать структуру. Раньше мы все были соседи по комнате, теперь сидим в разных зданиях. Иногда бывает, что я иду по коридору и кто-то со мной здоровается, а приходится просто мило улыбаться в ответ».
Однако даже при значительном росте формализации и структуризации всех процессов, когда менеджеры работают согласно ежеквартальным планам, а программисты ориентируются на бюджеты, компания сохраняет дух свободы, или, как предпочитает говорить Сегалович, «наше общее чувство прекрасного». Это первая и, возможно, одна из самых главных черт «Яндекса» как команды — страсть к свободе и самовыражению.
Неистовая вера сотрудников компании в то, что «Яндекс» — лучший, не лишена оснований. Согласно статистике переходов на сайты с поисковых систем, которую ведет Liveinternet.ru, в течение последних трех месяцев «Яндекс» занимал в поисковых запросах россиян 60,5%. Еще 21,5 и 6,7% держали, соответственно, Rambler и американская компания Google Inc. со своей поисковой системой Google. Замыкает четверку лидеров Mail.ru с долей 6,5% — впрочем, для поиска на этом портале также используется движок «Яндекса». «Секрет бешеного успеха “Яндекса” — это блестящий маркетинг на фоне слабого продвижения “Рамблера” и полного провала “Апорта”», — считает Игорь Ашманов. Впрочем, в самой копании с этим не соглашаются. «Главное — сделать качественную вещь. Как ее разрекламировать — вопрос технический», — говорит Волож.
Лидерство в области поиска помогло компании определиться с новой бизнес-моделью. Ею стала контекстная реклама. Если изначально все интернет-компании ориентировались только на баннерную рекламу, то сегодня доходы приносят медийная и контекстная реклама. Медийная реклама — это баннеры, размещаемые на сайтах. Контекстная реклама устроена несколько сложнее: рекламодатель платит поисковой системе или системе контекстной рекламы за то, что та вместе с результатами поиска или каким-либо текстом выводит на экран его рекламу, релевантную словам в поисковом запросе или в самом тексте. В минувшем году, будучи практически монополистом на рынке контекстной рекламы, «Яндекс» получил доход в размере 35,6 млн долларов (из них 80% принесла именно контекстная реклама), объем прибыли составил 13,6 млн долларов. Всего в 2005 году, по оценкам экспертов, оборот рынка интернет-рекламы составил около 100 млн долларов, из которых около 40 млн долларов (120% роста по сравнению с 2004 годом) контекстной рекламы и еще 60 млн — медийной (71% роста). 100 миллионов — это пока всего лишь 2% от общего рекламного рынка РФ. «Пока в России на каждого пользователя интернета приходится лишь около пяти рекламных долларов — по сравнению более чем со ста двадцатью в США», — говорит Волож. Такой разрыв и заставляет его верить в будущее российской интернет-рекламы, а значит, и в будущее «Яндекса».
будущем «Яндекс» не намерен выходить в сегменты, уже прочно оккупированные конкурентами. Аркадий Волож видит стратегию компании в том, чтобы развивать те области, в которых «Яндекс» силен ………. Мы делаем настольные приложения. Мы делаем только русскоязычные сервисы. И мы делаем массовые сервисы».
Полная версия статьи
и второе, хотя чего там искать??????
